Трейси Алловей (журналист и эксперт товарного рынка в Bloomberg) описывает одну из самых нелепых сделок на товарном рынке за всю историю. «Не покупайте баррель нефти» — сказал брокер. «Он вас убьет».

Как и где купить баррель нефти

Случайная встреча трейдера энергетическими активами (я) и его брокера в баре в центре Нью-Йорка прошла не совсем по сценарию. После того, как долго-вынашиваемый план по покупке барреля сырой нефти был придан огласке, я получила настолько разочаровывающую лекцию об опасности отравления сероводородом, что даже вино приобрело серистый привкус.

Нефть считается королевой товарного рынка, но физическая форма никогда не доходит до обычного инвестора. Все могут купить золото и серебро, могут собирать алюминиевые банки, выращивать соевые бобы и оголять медные кабели, если захотят, а вот нефть остается недоступной – и на это есть веская причина. Нефть, как я вскоре поняла, практически бесполезна в необработанном виде. Она также токсична и очень сложна для хранения, да еще и плохо пахнет.

Если золото – это эквивалент щенка в клетке, то я могу с уверенностью заявить, что нефть это эквивалент игры с дикими кошками; она требует постоянного ухода и внимания. Нефть, собранная в определенном количестве, скорее всего, вас убьет или, как минимум, нанесет серьезный вред вашему здоровью.

Читайте также: Про Украину

Акулы уплыли с Британского побережья

История о том, как я стала обладательницей физической нефти началась в конце 2008 года, когда последствия финансового кризиса стали катализатором появления контанго – что означает, что цена на нефть с поставкой в будущем стала выше, чем цена на нефть немедленной поставки (спот). Несмотря на то, что контанго характеризует обычное состояние кривой фьючерсов на нефть, данная «супер» версия контанго в 2008 году помогла создать идеальные условия для возникновения сделок по хранению нефти, так как цены на нефть с поставкой в будущем сильно превышали затраты на хранение топлива, купленного на спотовом рынке.

Другими словами, компании, которые обладали возможностями для транспортировки и хранения сырой нефти могли неплохо заработать, купив товар дешевле, складировав, а затем продав по более высокой цене через какое-то время.

Многие из игроков на рынке так и делали какое-то время, технические капризы рынка нефти оставались главными новостями во всех СМИ.
«Акулы уплыли с побережья Британии: нефтяные танкеры не хотят разгружаться до того, как цены поднимутся… что делает ваши затраты на бензин более высокими»
— писала в 2009 году британская газета Daily Mail, описывая «игру в ожидание», в которую играли компании возле берегов Англии.

Я хотела узнать, смогу ли я быть такой акулой. План был обсужден с моими бывшими коллегами, и заключался в покупке барреля нефти и его поседующем хранении – все во имя журналистского эксперимента. В конце концов, наши организаторские способности оказались на очень низком уровне и восстановление цен на нефть скоро сделало историю супер-контанго делом прошлого, мы ничего не успели.

Это все было до… И вот во время случайной встречи в кафе Tribeca, много лет спустя, план по покупке барреля нефти снова стал актуальным. Нефть марки WTI торговалась по 145 долл. за баррель в 2008 году, а в октябре 2015 года стоимость приблизилась к отметке в 47 долл. за баррель, чему способствовало всемогущая переоценка глобального спроса и предложения.

Нефть, как я полагала, попала под распродажу. Несмотря на то, что период супер-контанго давно прошел, кривая нефтяных фьючерсов все еще смотрит вверх. Прибыль, хоть и не большую, все равно можно получить.
кривая фьючерсов на нефть
«Не покупайте баррель нефти»
— продолжал повторять брокер после того, как я подчеркнула причины моего решения, он отклонил мой план, финал которого вел меня в неизвестность. Я глубокомысленно кивнула, но неожиданно появилась официантка и предложила нам карту вин.

Еще один бокал Рислинга помог прояснить ситуацию…

Поездка была назначена непосредственно в Артур Килл, где хранится нефть, а затем смешивается и перерабатывается с целью создания таких вещей, как нейлон и синтетическая кожа.

Именно здесь, в нескольких милях от Статуи Свободы, открывается новый мир плавающей промышленности, где нефтяные танкеры проскальзывают мимо охлаждающих башен электрических генераторов и разгружают свои трюмы полные нефтехимических продуктов.
Артур Килл
На 40-ка футовой рыбацкой лодке, брокер и я прогуливались вместе с его дружелюбными клиентами (преимущественно из Франции, и преимущественно хорошо воспитанными) с целью осмотреть лучшие нефтяные терминалы в Нью-Джерси.
«Действительно ли баррель сырой нефти может меня убить?»
— cпросила я у нефтехимического инженера, уставшего от моих надоедливых вопросов. «Конечно, может» — ответил он.
«Сероводород имеет свойство быстро испаряться из нефти, и может существенно навредить органам обоняния, а также может привести к смерти через удушье».
Дальнейшее исследование этой темы, сделанное с помощью моего iPhone, где-то в районе залива Раритан, привело меня к прочтению следующей фразы:
«Если вы будите вдыхать этиловые пары в концентрации 1,000 частей на миллион (0,1% от объема) на протяжении 8 часов, у вас может наступить состояние опьянения. А если вы будете вдыхать сероводород в концентрации 1,000 частей на миллион (0,1% от объема) на протяжении всего нескольких секунд, то вы умрете».
В тот момент я поняла, что проиграла. Хранение нефти, по всей видимости, требует хорошей вентиляции и железной страховки; оба этих фактора не поместятся в мою 400-футовую (37 кв.м.) квартиру в Нью-Йорке. Несмотря на то, что это все можно было бы разместить в штаб-квартире моей редакции, я сомневаюсь в своей способности поднять бочку весом 45 кг, плюс вряд ли удалось бы незаметно протащить высокотоксичную жидкость в бочке светло-голубого цвета мимо охраны на первом этаже.

Однако, не все было потеряно. Если баррель нефти меня убьет, некоторое количество продукта определенно сделает меня сильнее, и я сделала это безумное предложение брокеру. В тот момент, как я полагаю, брокер сдался под натиском моего навязчивого бреда.

Был совершен звонок в одну всем известную американскую компанию по контролю за нефтепродуктами и небольшая бутылка с нефтью отправилась на Манхеттен силами FedEx. Она была доставлена железной дорогой из бассейна Бэйккен в Северной Дакоте в перерабатывающий комплекс в Филадельфии на Восточном побережье, а оттуда ко мне. Я назвала свою бутылку Виллистон – дань уважения богатому нефтью бассейну, являющийся доминирующим в регионе Северных Великих Равнин, и в честь места, в котором я потеряла вменяемость, разрабатывая эту хитроумную схему.

Согласно расчетам, моя баночка с нефтью обошлась мне в 24 цента, согласно ценам на спотовом рынке. В марте она будет стоить 31 цент, учитывая цены фьючерсов. Мои расходы на хранение равны нулю, а расходы на финансирование сделки минимальны, так что я ожидаю, прибыль в 7 центов. Мой босс настаивает на том, что я должна учитывать фактор стоимости потерянной продуктивности, который возник из-за того, что я потратила много времени, обсуждая по телефону доставку с FedEx в попытке отследить посылку, в то время как она зигзагом двигалась по Манхеттену. С этой точки зрения, я, скорее всего, понесла убыток.

«ИГИЛ благодарит за поддержку»

Однако еще больше продуктивности будет потеряно ради того, чтобы найти покупателя.

Идеальная сделка по хранению нефти выглядит следующим образом: покупка сырой нефти и моментальная продажа сырья с доставкой в более поздний срок с целью зафиксировать разницу между спотовой и фьючерсной ценами, что в теории должно принести безрисковый доход.
контанго - цены на нефть
Но хорошая сделка по хранению нефти подразумевает наличие заранее известного покупателя. Крупные игроки – такие компании, как Glencore и Trafigura – естественно «мечтают» о том, чтобы добраться до моей бутылочки и завладеть ею. Так что я пошла дальше по рынку и обратилась к бывшим коллегам, которые, по моему мнению, давно таили желание обладать черным золотом.

Изабелла Каминска, репортер из FT Alphaville, также являющаяся экспертом по товарному рынку, выразила интерес к данной сделке, потом немедленно сослалась на процедуру due diligence, которая оставит меня совсем без гроша.

Ее не удовлетворили фотографии моего продукта, и она запросила услуги профессионального консультанта по нефти для достижения большего комфорта. Консультант попросил полный инспекторский отчет для того, чтобы подтвердить подлинность сертификата. А все, что у меня было на руках, это платежка от FedEx, хотя я заверила их обоих, что не мечтаю ввести их в заблуждение, продав им не качественный товар.
«Это все хорошо, пока не выяснится, что эта нефть не из бассейна Бэйккен, а курдская нефть, которая находится под запретом. ИГИЛ благодарит за поддержку»
— ответил консультант на мое письмо, а потом добавил, что сама бутылка стоит дороже, чем находящаяся в ней нефть.

Я отказалась продавать нефть другим коллегами и дальней коллеге из FT, решив найти человека без экспертного мнения о товарном рынке, и на том этапе я решила воспользоваться менее информированными мелкими инвесторами.

Спустя огромное количество электронных писем, сделка была заключена. Сырая нефть таки будет доставлена в марте в Нью-Йоркский офис FT. Я даже доставлю ее лично, что даже гораздо удобнее для покупателя, чем поставка в Кушинг (главный хаб доставки в Северной Америке).

Каминска настаивает на том, чтобы оплата состоялась посредством сервиса Blockchain, цифровая платежная система, которая сейчас очень популярна на Уолл-Стрит; теперь мне кажется, что я точно подвержена риску дефолта.

Какой бы в конечном итоге не оказался мой заработок от нескольких капель нефти, конечно, ничто не сравнится с 2,25 долл. в день, которые я могла бы заработать, торгуя целым баррелем. Для тех, кому интересно, как это реализовать: в штате Пенсильвания, в городе Титусвиль есть огромное количество более мелких производителей нефти. Это место которое осталось в истории добычи нефти и где – как меня заверили мои многочисленные знакомые, торгующие физической нефтью – можно принести свою собственную бочку и наполнить ее. Выражаясь буквально – bring your own barrel.

Однако, я счастлива что у меня есть хоть и размером с пинту, но все-таки объем собственной нефти. Я буду хранить его в темном месте, подальше от любого вида огня. Я иногда встряхиваю свою бутылочку для того, чтобы предотвратить оседание.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Цены на нефть приводят к росту контанго и хранению нефти на танкерах

Мои коллеги из Бруклина шутили, что я буквально в нескольких шагах от организации своей собственной кустарной нефтеперерабатывающей компании (домашнее производство бензина из сжиженного топлива осталось в доисторических временах). Мой контакт с Уолл-Стрит сказал, что присутствие новых «глупых денег» (вероятно, имелись в виду инвесторы вроде меня) на рынке физической нефти, несомненно, означает, что снижение цен продолжится. А мой брокер, я уверена, очень счастлив, что потерял неадекватного клиента в моем лице.